Справочник »» Подробно о лекарствах »» Nycomed »» Контролок
 Здоровый образ жизни с современными технологиями Соглашение об использовании 

Место ингибиторов протонной помпы в лечении больных со стрессовыми язвами

Касьяненко В.И.
Центральный научно-исследовательский институт гастроэнтерологии, г. Москва

Симптоматические язвы желудка (СЯ) – острые или хронические очаговые деструкции слизистой оболочки желудка (СОЖ) и двенадцатиперстной кишки (ДК), по этиологии и патогенезу отличные от язвенной болезни (ЯБ) и являющиеся лишь одним из местных проявлений патологического состояния организма, вызванного различными факторами.

Вопрос о том, в каких случаях гастродуоденальные язвенные поражения при заболеваниях внутренних органов следует относить к симптоматическим язвам, является в достаточной мере дискуссионным.

Для (СЯ) характерно:

Для ЯБ в отличие от СЯ, более закономерно:

Характеристика симптоматических гастродуоденальных язв

Стрессовые язвы – это обычно острые, чаще поверхностные и множественные язвенные поражения желудка и ДК, возникающие при некоторых экстремальных состояниях.

Первое описание стрессовых язв принадлежит, по-видимому, J.Swan (1823), который обнаружил в СОЖ детей, умерших от распространенных ожогов (“пятна и полоски, похожие на струпья, очень глубокие и совершенно черные”) и связал их происхождение с ожоговым поражением кожи. В дальнейшем B.Curling (1842) привел 12 случаев гастродуоденальных язв у больных с обширными ожогами тела. С этого времени указанные язвенные поражения желудка и ДК стали именоваться язвами Курлинга. В 1867 году T.Billroth описал новый вид стрессовых язв, остро возникших после тиреоидэктомии. Он впервые предположил также существование взаимосвязи между сепсисом и последующим развитием язв желудка. В 1932 г. H.Cushing, описав возможность язвообразования в желудке у больных с кровоизлиянием в головной мозг, открыл тем самым новую разновидность гастродуоденальных стрессовых язв, возникающих после черепно-мозговых травм, нейрохирургических операций, при опухолях мозга и получивших в литературе названия язв Кушинга.

Помимо упомянутых язв Курлинга и Кушинга, в настоящее время описаны гастродуоденальные язвенные поражения, развившиеся после обширных операций (особенно связанные с трансплантацией органов), тяжелых ранений, множественных травм, на фоне сепсиса и других тяжелых заболеваний.

В то же время, представленные состояния могут не только вызывать образование острых стрессовых язв, но и способствовать обострению ранее существовавшей язвенной болезни, которая может быть источником кровотечения и составлять 20-60% от всех кровотечений из верхнего отдела желудочно-кишечного тракта [43, 86], приводящих к летальности в 6-14% случаев [63, 80].

К факторам риска развития стрессовых язв желудка и ДК относят: шок различной этиологии, синдром полиорганной дисфункции, оперативные вмешательства, ожоги, тяжелые травмы, сепсис, коагулопатия, дыхательная недостаточность, печеночная недостаточность, почечная недостаточность, длительная искусственная вентиляция легких (ИВЛ) более 48 часов.

Частота стрессовых язв оценивается в литературе неоднозначно и колеблется, например, при распространенных ожогах (язвы Курлинга) от 11 до 78%, при нейрохирургических операциях и черепно-мозговых травмах (язвы Кушинга) – от 14 до 75%. Приведенные различия в оценках связаны, скорее всего, с нередко бессимптомным течением таких поражений, когда они впервые распознаются лишь на вскрытии (у 20-50% умерших после различных абдоминальных операций) [4, 8, 11, 14, 23, 24, 64, 79].

С 70-х годов во всем мире отмечается увеличение частоты стрессовых язв, что объясняется:

Острые изъязвления слизистой оболочки желудка и двенадцатиперстной кишки, обозначаются в литературе как: стресс-язвы, острые симптоматические язвы, эрозивный гастрит, стресс-повреждения желудка (“stress-related mucosal damage” – Brett S., 2005), стресс-повреждения СОЖ [5]. Эти изменения могут развиваться уже в течение первых суток с момента возникновения критического состояния и часто проявляется желудочно-кишечным кровотечением (ЖКК), которое вносит еще большую нестабильность в гемодинамику [3, 12, 25, 64, 70].

На основании данных эндоскопического исследования установлено, что острые изъязвления СОЖ и ДК развиваются в течение ближайших 1-3 суток после воздействия неблагоприятных факторов (операция, шок, сепсис, обширные ожоги и т.д.) в 75-100% случаев [21, 44].

В раннем периоде изменения СОЖ представляют собой чередование очагов бледности и гиперемии. Через 24 часа возникают петехии и поверхностные эрозии диаметром до 1-2 мм, а через 48 часов размеры повреждений становятся более значительными. При благоприятных условиях через 10-14 дней происходит восстановление СОЖ, эрозии исчезают. Однако у некоторых больных они сохраняются до 21-25 дней и нередко осложняются кровотечением [12, 24].

По данным В.П. Хохоли (1987), основанным на анализе результатов эндоскопических исследований, наиболее часто (72%) эрозивно-язвенное поражение локализуется в желудке, несколько реже (54%) – в двенадцатиперстной кишке и пищеводе (20%). У 38% больных эти эрозии и язвы обнаруживаются одновременно в различных органах, причем у 12% обследуемых отмечается синхронное поражение пищевода, желудка и двенадцатиперстной кишки. Острые эрозии и острые язвы выявляются с одинаковой частотой, причем в 23% наблюдений отмечается их сочетание. Среди обследованных больных острые эрозии всегда были множественными и локализовались преимущественно в желудке. Единичные язвы выявляются у 43% больных и с одинаковой частотой визуализируются в желудке и двенадцатиперстной кишке, множественные (57%) чаще являются дуоденальными. Сходные данные приводят и другие авторы [12]. Несмотря на то, что промывание желудка всегда предшествует эндоскопическому осмотру, в полости его практически всегда обнаруживается кровь и/или сгустки, которые значительно затрудняют исследование и у части больных (2-3%) не позволяют локализовать источник кровотечения. У 80% больных на момент эзофагогастродуоденоскопии не было признаков продолжающегося кровотечения. В желудке и двенадцатиперстной кишке выявляются остатки крови, а участки изъязвления слизистой прикрыты сгустками. Основываясь на анализе большого клинического материала, большинство авторов в зависимости от сроков возникновения кровотечения склонны выделять ранние и поздние кровотечения, что тесно связано со сроками образования острых язв [3, 11, 18, 24, 79].

Клинически стрессовые язвы редко сопровождаются болевым синдромом и обычно проявляются лишь с развитием осложнений. Из осложнений наиболее часто встречается кровотечение – в 15-78% случаев [16, 20, 35]; противоречивость данных связана с неоднородностью обследованных групп больных. Реже наблюдается перфорация язвы (6-14%), отмечается ее сочетание с кровотечением. Летальность при этих осложнениях колеблется от 6.0% до 14.0% [63, 80, 81]. Нередко возникают повторные кровотечения и их риск бывает выше у больных с массивным кровотечением и эндоскопически подтвержденными признаками недавнего кровотечения [58, 62].

Основным патогенетическим механизмом образования эрозивно-язвенного поражения является усиление факторов внутрижелудочной агрессии по отношению к факторам защиты. Комплексная оценка кислотообразующей функции желудка с помощью нескольких методов (титрования, внутрижелудочной прицельной рН-метрии), проведенная у больных в послеоперационном периоде, показала, что первые 10 дней после операции происходит максимальная стимуляция кислотообразующей функции желудка, при этом ее “пик” приходится на 3-5 сутки, т.е. на период наиболее вероятного язвообразования. Интересен факт, что повышение продукции свободной соляной кислоты наблюдается и у больных, у которых до операции выявлялась ахлоргидрия [9, 10, 15, 18].

Основными факторами, играющими важную роль в развитии СЯ, являются секреция кислоты, ишемия слизистой оболочки (вследствие гипоперфузии) и дуодено-гастральный рефлюкс [55, 77]. Гипоперфузия желудка приводит к дисбалансу окислительных процессов и служит непосредственной причиной повреждения слизистой. Более того, восстановление кровообращения после длительной гипоперфузии приводит к неокклюзивному нарушению мезентерального кровообращения, что в еще большей степени усугубляет поражение слизистой оболочки [2, 3]. Система микроциркуляции является фактором, определяющим степень компенсации или декомпенсации метаболических процессов в СОЖ [1, 45, 56]. Результатом ишемии является снижение способности к нейтрализации ионов водорода, что индуцирует массивную гибель клеток и вызывает образование язв. Активность защитных механизмов (таких как продукция слизи) также резко снижается [72, 77]. В исследовании на животных Ritchie (1975) доказал, что повышение кислотности в сочетании с наличием солей желчных кислот и ишемией слизистой способствует развитию язвенных повреждений, тогда как в отдельности ни один из этих факторов не влиял негативно на стенки желудка.

При стрессовых язвах гомеостаз СОЖ нарушается, подавляются клеточные механизмы защиты от повышенной кислотности. Работа клеточных механизмов защиты обеспечивается действием желудочных простагландинов. В экспериментах на животных было показано, что в присутствии простагландинов репарация и рубцевание язвы происходят значительно быстрее. Во-первых, простагландины снижают секрецию кислоты, во-вторых (что более важно) – они обладают прямым цитопротективным действием [84]. Таким образом, предотвратить повреждение слизистой оболочки и образование язв можно двумя путями – подавлением секреции и улучшением работы защитных механизмов. Патофизиология стрессовых язв представляется следующим образом (рисунок 1).

Рисунок 1
Рисунок 1. Патофизиология стрессовых язв

Препараты, применяющиеся для лечения критических состояний, могут также негативно влиять на желудочно-кишечный тракт (особенно на фоне ИВЛ). Опиаты и седативные препараты ухудшают перистальтику кишечника и затрудняют венозный возврат. Вазопрессоры и антибиотики также наносят вред ЖКТ. Теоретически любой препарат, приводящий к гипотензии, снижает сердечный выброс и приводит к ухудшению мезентериального кровообращения, что способствует развитию стрессовых язв [40, 55, 77].

При стрессовых язвах желудка и ДК лечение должно быть в первую очередь направлено на основное заболевание, явившееся причиной их развития, а также предотвращение ишемии стенок желудка и снижение кислотности. В случае развития желудочно-кишечного кровотечения (ЖКК) показано эндоскопическое исследование с проведением гемостаза, которое является стандартом лечения больных в этой ситуации, так как хирургические способы лечения осложненных стрессовых язв следует применять лишь по строгим показаниям, поскольку послеоперационная летальность в таких случаях, учитывая тяжесть основного заболевания, достигает 50% [51].

В исследованиях показано, что образование кровяного сгустка в полости желудка происходит эффективнее, а его растворение протеолитическими ферментами замедляется в условиях высоких значений рН [36, 47, 74, 75]. В развитии острых язв желудка и двенадцатиперстной кишки и ЖКК имеет большое значение общее время, в период которого рН внутри желудка меньше 4; при увеличении этого интервала снижается частота подобных изменений [30]. Поэтому контроль кислотной продукции у пациентов в группах риска способствует снижению частоты кровотечений. С этой целью и в комплексной интенсивной терапии используют препараты, которые применяются при лечении язвенной болезни, т.е. антацидные средства, блокаторы Н2-рецепторов гистамина, ингибиторы протонного насоса (ИПП) [6, 34, 42, 46, 60, 87]. Противоязвенная терапия стрессовых язв принципиально не отличается от лечения язвенной болезни, однако должна включать в себя наиболее эффективные противоязвенные средства.

Антациды, сукральфат и блокаторы Н2-рецепторов гистамина снижают риск развития стрессовых язв (СЯ) и ЖКК по сравнению с плацебо [46, 66, 87]. Для профилактики ЖКК и лечения СЯ у этих препаратов имеются недостатки:

Среди всех антисекреторных препаратов ингибиторы протонной помпы (ИПП), которыми мы в настоящее время располагаем (омепразол, рабепразол, эзомепразол, лансопразол, пантопразол), наиболее эффективно подавляют базальную и стимулированную продукцию соляной кислоты путем угнетения Н++–АТФазы – протонного насоса париетальной клетки [31, 38, 39, 54, 62, 69].

Преимущество ИПП перед блокаторами Н2-рецепторов гистамина является отсутствие способности вызывать тахифилаксию [85] и возможность ожидать предсказуемый эффект, обеспечивающий более точный контроль рН [46, 50], что позволяет их широко использовать как для профилактики, так и для лечения стрессовых эрозивно-язвенных повреждений желудочно-кишечного тракта и в случае для остановки ЖКК [59, 78]. В данной ситуации преимущество использования ИПП не вызывает сомнения [7, 51, 88, 89]. По данным исследованиям эффективность группы ИПП превышает таковую плацебо и группы блокаторов Н2-рецепторов гистамина по лечению стрессовых язв и ЖКК [38, 39, 50, 59, 60, 61, 71, 78].

В международном руководстве по лечению больных тяжелым сепсисом (2008) рекомендуется профилактика острых язв с применением блокаторов Н2-рецепторов гистамина (уровень I A) или ИПП (уровень I В).

Общие характеристики ИПП:

Все ИПП являются производными бензимидазола, имеющие в своей основе единое молекулярное “ядро”.

Химические радикалы – “надстройка ядра” индивидуализируют свойства разных ИПП:

Для профилактики и лечения стрессовых эрозивно-язвенных повреждений СОЖ и ДК ИПП должны обладать следующими свойствами:

Все ИПП имеют формы приема перорально, внутривенные существуют у омепразола, пантопразола, эзомепразола, лансопразола.

По данным проведенного исследования [28, 83] пантопразол в отличие от омепразола и эзомепразола не аккумулируется в организме после приема повторных доз. Показатели фармакокинетики (площадь под кривой “концентрация-время” [AUC] – 5.35 мгхч/л, максимальная концентрация в плазме крови – 5.26 мг/л, период полувыведения – 1.11 часа) после внутривенного введения пантопразола (контролока) в дозе 30 мг/сут в течение 5 дней оказались сравнимыми с таковыми, полученными после его однократного внутривенного введения [49, 76]. Фармакокинетика пантопразола (при приеме в дозах от 10 до 80 мг) в сыворотке/плазме крови имела линейный характер и не зависела от пути введения [32]. При применении 20, 40 и 80 мг пантопразола уровень рН в желудке повышался пропорционально дозе препарата [32]. Линейность значений показателей фармакокинетики пантопразола сохраняется даже при внутривенном введении в дозе 240 мг. Эти фармакокинетические свойства существенно отличаются от выявленных при внутривенном введении омепразола. При повышении дозы последнего в том же диапазоне показатель AUC изменялся непропорционально, а период полувыведения увеличивался уже после однократного внутривенного введения [28, 52, 91]. Нелинейность фармакокинетики омепразола обусловлена его взаимодействием с системой цитохрома P450 [53].

Рисунок 2
Рисунок 2. Подавление секреции соляной кислоты (%) после приема 40 мг контролока и 20 мг омепразола (в течение первых и последующих дней лечения).

Благодаря высокой биодоступности начиная с первого приема, контролок быстро оказывает выраженное подавление секреции соляной кислоты (рисунок 2). В течение первых 3 суток лечения контролоком (40 мг) отмечено более быстрое проявление действия и более выраженное снижение желудочной кислотной секреции, чем при лечении омепразолом (20 мг) [88, 89].

По данным исследований [26, 27, 29, 39, 88, 89], контролок обладает наиболее длительным полупериодом угнетения секреции соляной кислоты (46 часов) по сравнению с другими ИПП (эзомепразол - 28 часов, омепразол – 28 часов).

Рисунок 3
Рисунок 3. Биодоступность контролока и омепразола после приема первой и повторной дозы.

Биодоступность омепразола различна (рисунок 3) после первого приема и после последующих (нелинейная фармакокинетика), что делает непредсказуемым его действие и, как следствие, оказывать неадекватный контроль секреции соляной кислоты. При применении контролока отмечена быстрая и стабильная абсолютная биодоступность с первой дозы и при повторном назначении [46, 60].

Рисунок 4
Рисунок 4. Результаты лечения пациентов с ЖКК

При проведении рандомизированного, двойного слепого исследования [37] доказано (рисунок 4), что у больных с ЖКК при эндоскопическом гемостазе (инъекции 1:10000 адреналина 8-15 мг) с дополнительным введением контролока (80 мг внутривенно болюсно, затем в виде капельной инфузии 8 мг/час) на протяжении 3-х дней по сравнению с введением той же дозы омепразола позволило снизить в 3 раза риск повторного ЖКК, в 4 раза необходимость в хирургическом вмешательстве, в 2 раза смертность и длительность госпитализации.

Незначительное взаимодействие с другими лекарственными средствами – обязательное условие применения любого препарата у больных, находящихся в критической ситуации [81]. При одновременном приеме нескольких лекарственных средств может заметно измениться их фармакокинетика [33]. Все ИПП подвергаются метаболизму в печени с участием цитохрома P450, его изоферментов – CYP2C19 и CYP3A4. Взаимодействие отдельных представителей группы ИПП с другими препаратами существенно различается. По сравнению с другими ИПП пантопразол слабо ингибирует систему цитохрома P450 [73], что отчетливо снижает возможность его влияния на метаболическую элиминацию одновременно принимаемых препаратов по сравнению с омепразолом или лансопразолом [57]. В частности он, не вступает в клинически значимое взаимодействие с такими препаратами, применяемыми в интенсивной терапии, как антациды, кофеин, метопролол, теофиллин, метронидазол, амоксициллин, кларитромицин, диклофенак, напроксен, диазепам, карбамазепин, дигоксин, нифедепин, варфарин, циклоспорин и др. В то же время при приеме омепразола имеются ограничения:

У больных с тяжелой почечной недостаточностью, включая пациентов, находящихся на гемодиализе (клиренс креатинина 0.48-14.7 мл/мин), нет необходимости в снижении дозы пантопразола (контролока), суточная доза его не должна превышать 40 мг/сутки.

У больных с циррозом печени несколько увеличивается период полувыведения контролока, но коррекция дозировки не требуется. При тяжелых нарушениях функции печени доза может быть снижена до 40 мг 1 раз в два дня. У таких пациентов необходимо следить за уровнем печеночных ферментов. У пожилых коррекция дозы не требуется. Суточную дозу омепразола (20 мг) не следует превышать у больных с нарушенной функцией почек, печени, а также у пациентов пожилого возраста [49].

Таким образом, лечение, а также профилактика возникновения стрессовых язв желудка и ДК сводится, прежде всего, к своевременному и тщательному лечению основного заболевания, поддержанию нормального объема крови, обеспечению функций дыхания и кровообращения, коррекции КОС и электролитного баланса, борьбе с инфекционными осложнениями. С этими целями показано назначение наиболее эффективных ИПП, к которым относится контролок.

Контролок (пантопразол) – единственный из ИПП, обладающий характерными свойствами, которые способствуют ведению этих заболеваний, создавая удобства не только для больных, но и для врачей.

Эти свойства включают в себя быстрый, эффективный контроль выделения кислоты (что способствует ускорению излечения и немедленному ослаблению выраженности симптомов), простоту использования и перевода с внутривенного лечения на прием таблеток, хорошую переносимость больными и безопасность, стабильность и предсказуемость эффекта, отсутствие потенциального лекарственного взаимодействия и положительное отношение больных к избранной стратегии лечения.

Пантопразол для внутривенного введения дает возможность использовать наиболее патогномоничное целенаправленное избирательное лечение кислотозависимых заболеваний у больных, которым противопоказан прием оральных ИПП. Кроме того, применение пантопразола для внутривенного ведения не только позволяет при первой возможности перевести больного на прием таблеток без дополнительного подбора дозы, но и превышает надежды больного на высокую вероятность излечения, надежность профилактики обострений и рецидивов заболевания.

Литература

  1. Асанов О.Н, Ханевич М.Д., Скрябин О.Н., Щеголева Н.Е. Состояние кровотока слизистой оболочки желудка и тонкой кишки при остром разлитом перитоните. Вестник хир., 1990, №8, с.17-20.
  2. Брюсов П.Г., Курыгин А.А., Осипов И.С. и др. Возможности прогнозирования возникновения острых гастродуоденальных язв у больных после операций на органах брюшной полости. //Росс. журнал гастроэнтерологии, гепатологии, колопроктологии, 1994, №3(1). с.59-62;
  3. Брюсов П.Г., Осипов С.П. Стрессовые язвы желудочно-кишечного тракта у хирургических больных. Военно-мед. журнал, 1998, №1, с.30-38.
  4. Геллер Л.И., Мамонтова М.И. Симптоматические гастродуоденальные язвы. 1978, Хабаровск, 113 с.
  5. Гельфанд Б.Р., Чурвянов В.А., Мартынов А.Н. и др. Профилактика стресс-повреждений желудочно-кишечного тракта у больных в критических состояниях. Consilium Medicum. 2005, т.7, №6.
  6. Гельфанд Б.Р., Гурьянов В.А., Мартынов А.Н. и др. Профилактика стресс-повреждений желудочно-кишечного тракта у больных в критических состояниях. //Consilium Medicum. 2005 T.7, №6.
  7. Гостищев В.К., Евсеев М.А. Значение антисекреторной терапии в лечении острых гастродуоденальных язвенных кровотечений. // РМЖ. 2004. Т.12. №24.
  8. Коваль А.И., Блихар Т.Е. Клинико-статистический прогноз гастродуоденальных эрозий и язв после хирургического лечения воспалительных заболеваний гепатобилиарного тракта. Клин. хир. 1998, №8., с.10-12.;
  9. Короткий В.Н., Хохоля В.П., Бурый А.Н., Голчо Ю.А. Изменение секреторной и моторной функции желудка после оперативных вмешательств как возможные факторы риска образования острых гастродуоденальных язв. Клин. хир.,1980, №8, с.29-31.
  10. Курыгин А.А., Бурданов А.П., Скрябин О.Н. Изменение желудочной секреции у больных в раннем периоде после хирургических вмешательств на органах брюшной полости. Вест. хир., 1987, №7, с.3-7.
  11. Курыгин А.А., Скрябин О.Н. Острые послеоперационные гастродуоденальные язвы. С-т-Петербург, 1996, 371 с.
  12. Курыгин А.А., Скрябин О.Н., Богданов А.П., Вагнер В.К. Острые гастродуоденальные язвы в раннем послеоперационном периоде. Вест. хир, 1989,№1, с. 11-13.
  13. Никода В.В., Хартукова Н.Е. Применение ингибиторов протонной помпы в интенсивной терапии и реанимации. // Фарматека, 2008, №13, 10-16.
  14. Прийма О.Б. Послеоперационные острые гастродуоденальные эрозии и язвы. Вестн. хир., 1992, №2, с.247-51.
  15. Саенко В.Ф., Короткий В.Н., Хохоля В.П. и др. Нейтрализация агрессивного действия желудочного содержимого в профилактике и лечении эрозивных желудочно-кишечных кровотечений. Клин. хир., 1985, №10, с.69-70.
  16. Сенько В.П., Полуэктов В.Л., Худобин Ю.А. Диагностика и лечение профузных кровотечений из острых язв и эрозий Клиническая хирургия, 1988, №3, с.76-78.
  17. Скрябин О.Н., Осипов И.С. Состояние кислотно- и пепсинообразующей функции желудка у больных после операций на органах брюшной полости. Клин. мед., 1989, №5, с.80-84.
  18. Скрябин О.Н, Асанов О.Н. Патогенез острых язв пищеварительного канала при послеоперационных гнойно-септических осложнений. Клин. хир., 1990, №8, с.11-13.
  19. Столман Н., Метц Д.С. Патофизиология и профилактика стрессовых язв у реанимационных больных. // Русский медицинский журнал, 2005, том 13, №25, с.1668-1674;
  20. Хорев А.Н. Кровотечения из острых язв слизистой оболочки желудка. Хирургия, 1993, №9, с.6-12.
  21. Хохоля В.П., Бурый А.Н. Эндоскопическая диагностика острых эрозий и язв желудка и двенадцатиперстной кишки. Вестник хир., 1987, №7, с.9-15.
  22. Хохоля В.П., Гройсман С.Д., Каревина Т.Г. и др. Профилактика острых эрозий и язв пищевода, желудка и двенадцатиперстной кишки после оперативных вмешательств. //Вестн.хир, 1989; 12: 10-17.
  23. Хохоля В.П., Саенко В.Ф. и др. Клиника и лечение острых язв пищеварительного канала. Киев “Здоровье”, 1989, с.167.
  24. Чернов В.Н., Мизиев И.А., Белик Б.М. Прогнозирование и профилактика возникновения острых язв и эрозий желудка и двенадцатиперстной кишки у хирургических больных. Вестник хир, 1999, №6, с.12-15.
  25. Яремчук А.Я., Зотов А.С. Современные принципы профилактики острых послеоперационных поражений желудочно-кишечного тракта. Вестник хир., 2001, №3, с.101-104.
  26. Andersson T. et al. Clin Pharmacokinet., 2001; 40(7); 523-537.
  27. Andersson T. et al. Clin Pharmacokinet., 1998 ; 54(5) ; 399-404.
  28. Andersson T., Cederberg C., Heggelund A. The pharmacokinetics of single and repeated once daily dose of 10, 20 and 40 mg omeprazole as enteric coated granules. Drug invest 1991;3:45-52.
  29. Andersson T., Cederberg C., Regardt C.G. et al. Pharmacokinetics of various single intravenous and oral doses of omeprazole. Eur. J. Clin. Pharmacol 1990;39(2):195-97
  30. Aris R., Karstadt R., Paoletti V. et al. Intermittent intravenous pantoprazole achieves a similar onset time to p>4.0 in ICU patients as continuous infusion H2-receptor antagonist, without tolerance [abstract]. Am. J. Gastroenterol, 2001;(Suppl.):147.
  31. Besancon M., Simon A. Et al. Sites of reaction of the gastric H, K-ATPase with extracytoplasmic thiol reagents // J. Biol. Chem. – 1997. – 272. – 22438-46.
  32. Bliesath H., Huber R. Hartmann M. et al. Dose linearity of the pharmacokinetic of the new H+/K(+)-ATPase inhibitor pantoprazole after single intravenous administration. Int. J. Clin. Pharmacol Ther 1994:32(1):44-50.
  33. Blume H., Donath F., Warnke A. et al. Pharmacokinetic Drug Interaction Profiles of proton Pump Inhibitors. Drug Safety, 2006;29(9):769-84.
  34. Brett S. Science review: The use of proton pump inhibitors for gastric acid suppression in critical illness. Critical Care February 2005;9(1):45-50.
  35. Bumaschny E., Doglio G., Pusajo J. et al. Postoperative acute gastrointestinal tract haemorrhage and multipleorgan failure. Arch Surg., 1988;123:6:p.722-726.
  36. Chaimoff C., Creter D., Djaldetti M. The effect of pH on platelet and coagulation factor activities. Am. J. Surg., 1978;136:257-59.
  37. Chahin NJ, Meli M., Zaca F. Сравнение эффективности сочетанного применения эндоскопических инъекций и внутривенного введения пантопразола и омепразола в лечении пациентов с кровотечениями из верхнего отдела желудочно-кишечного тракта. //Медицина неотложных состояний, 2008. №1 (14). С.116-118.
  38. Chiba N., De Gara C.J., Wilkinson J.M., et al. Speed of healing and lower affinity for specific CYP isoenzymes or the symptom relief in grade ill to IV gastroesophageal reflux involvement of additional elimination processes. Disease: a meta-analysis. Gastroenterology 1997;112:17798-810.
  39. Cheer S.M., Prakash A., Faulds D., et al. Pantoprazole: an update of its pharmacological properties and therapeutic use in the among the proton pump inhibitors in terms of management of acid-related disorders. Drugs 2003; 63:101-32.
  40. Cook D.J, Griffith L.E., Walter C.D., et al. The attributable mortality and length of intensive care unit stay of clinically important gastrointestinal bleeding in critically ill patients. Crit Care, 2001;5:368-75.
  41. Damman H.G., Burkhard F. //Eur. J. Gastroenterol. Hepatol. – 1999. – 11(11):1277-82.
  42. Dellinger R.P., Levy M.M., Carlet J.M., et al. Surviving Sepsis Campaign: International Guidelines fot management of severe sepsis and septic shock: 2008. Crit Care Med 2008;36(1):1394-96
  43. Di Fiore F., Lecleire S., Merle V. et al. Changes in characteristics and outcome of acute upper gastrointesninal haemorrhage: a comparision of epidemiology and practices between 1996 and 2000 in a multicentre French study. Eur. J. Gastroenterol Hepatol, 2005;17:641-47.
  44. Fennerty M.B. Pathophysiology of the upper gastrointestinal tract in the critically ill patient: rationale for therapeutic benefits of acid suppression. Crit Care Med., 2002;30:S351-S355.
  45. Gati T., Guth P.H. Mucosal lesions due to gastrics distension in the rat. Am. J. Dig. Dis., 1977 №22, р.1083-90.
  46. Geus W.P. 2000; Are there indications for intravenous acid-inhibition in the prevention and treatment of upper Gl bleeding? Scand J. Gastroenterol 2000;232 (Suppl.):10-20.
  47. Green F.W., Kaplan M.M., Curtis L.E., et al. Effect of acid and pepsin on blood coagulation and platelet aggregation. A possible contributor to prolonged gastroduodenal mucosal haemorrhage. Gastroenterology, 1978;74:74:38-43
  48. Horn J. The proton-pump inhibitors: similarities and differ – available data indicate that this compound seems to ences. Clin. Ther., 2000;22:266-80.
  49. Huber R., Hartmann M., Bliesath H. et al. Pharmacokinetics of pantoprazole in man. Int. J. Clin Pharmacol Ther 1996;34(5):185-94.
  50. Huggins R.M., Scates A.C., Latour J.K. Intravenous proton-pump inhibitors versus H2-antagonists for treatment of Gl bleeding. Ann Pharmacother, 2003;37:433-37.
  51. Hsu P.I., Lo G.H., et al. Intravenous pantoprazole versus ranitidine for prevention of rebleeding after endoscopinc of bleeding peptic ulcers. World J. Gastroenterol, 2004;10:3666-69
  52. Jansen J.B., Lamers CBHW. Scand. J. Gastroenterol 1990;25(Suppl. 178):42-46.
  53. Jansen J.B., Gugler R. Inhibition of human liver cytochrome P-450 by omeprazole. Br. J. Clin. Pharmacol. 1986;21(3):328-30.
  54. Katashima M., Jamamoto K. Et al. Comparative pharmacokinetic/pharmacodynamic analysis of proton pump inhibitors omeprazole, lansoprazole and pantoprazole, in humans // Eur. J. Drug. Metab. Pharmacokinet. – 1998. – 23. – 19-26.
  55. Kivilaakso E., Silen W. Pathigenesis of experimental gastric-mucosal injury. M. Engl. J. Med., 1979;301:364-9.
  56. Kokoschka R., Gober I., Gebhart W. Gastric Blood flow, mast cell degranulation and micromophology of gastric mucosa following experimental haemorrhagic chook in dogs. Br.J.Surg., 1982, №69, р.328-32.
  57. Krower W. // Digestion, 1995, 56, 1, 443-54
  58. Laine L. Multipolar electrocoagulation versus injection therapy in the treatment of bleeding peptic ulcers. A prospective, randomized comparative trial // Gastroenterology. – 1990. – 99. – 1303-6.
  59. Laterre P.F., Horsmans Y. Intravenous omeprazole in critically ill patients: a randomized, crossover study comparing 40 with 80 mg plus 8 mg/hour on intragastric pH. Crit Care Med, 2001;29:1931-35.
  60. Leontiadis G.I., Sharma VK, Howden C.W. Proton pump inhibitor treatment for acute peptic ulcer bleeding. Cochrane Database Syst Rev, 2006;(1):CD002094.
  61. Leontiadis G.I., Sreedharan A., Dorward S., et al. Systematic reviews of the clinical effectiveness and cost effectiveness of proton pump inhibitors in acute upper gastrointestinal bleeding. Health Technol Assess, 2007;11(51):iii-iv. 1-164.
  62. Lin H.J., Wang K. et al. Heater probe thermocoagulation and multipolar electrocoagulation for arrest of peptic ulcer bleeding. A prospective, randomized comparative trial // J. Clin. Gastroenterol. – 1995. – 21. – 99-102.
  63. Longstreth G.F. Epidemiology of hospitalization for acute upper gastrointestinal haemorrhage: a population-based study. Am. J. Gastroenterol, 1995;90(2): 206-10.
  64. Lucas C.E. et al. Natural history and surgical dilemma of “stress” gastric bleeding. Arch surg., 1971, № 102, р.266-73.
  65. Marino P.L. The ICU book. Lippincott Williams & Wilkins 3rd Ed., 2007:67-73.
  66. Marino P.L. The ICU book. Williams & Wilkins 2rd Ed., 1998:94-105.
  67. Mathot R.A., Geus W.P. Pharmacodynamic modeling of the acid inhibitory effect of ranitidine in patients in an intensive care unit during prolonged dosing: characterization of tolerance. Clin. Pharmacol Ther., 1999;66:140-51
  68. Merki H.S., Wilder-Smith C.H. Do continuous in fusions of omeprazole and ranitidine retain their effect with prolonged dosing? Gastroenterology, 1994;106:60-64.
  69. Metz D.C. Potential uses of intravenous proton pump inhibitors to control gastric acid secretion. Digestion, 2000;62:73-81.
  70. Moody F.G., Cheung L.Y. Stress ulcers: their pathogenesis, diagnosis and treatment. Surg. Clin. North. Am., 1976, №56(6), р.1469-78.
  71. Morris J., Karlstadt R., Blatcher D. et al. Intermittent intravenous pantoprazole rapidly achieves and maintains gastric pH>4.0 compared with continuous infusion H2-receptor antagonist in intensive care unit patients [abstract]. Crit Care Med 2001:29:A147.
  72. Mutlu G.M., Mutlu E.A., Factor P. Gl complications in patients receiving mechanical ventilation. Chest, 2001;119:1222-41.
  73. Parson W.E. // Eur. J. Gastroenterol Hepatol., 1996, 8 (Suppl. 1), s.15-20.
  74. Patchett S.E., Enright H., Aldhal N. et al. Clot lisis by gastric juice: an in vitro study. Gut., 1989;30:1704-07.
  75. Patchett S.E., O’Donoghue D.P. Pharmacological manipulation of gastric juice: thrombelographic assessment and imptications for treatment of gastrointestinal haemorrhage. Gut, 1995;36:358-62.
  76. Reill L. et al. Gut 1993a;34(4):F251.
  77. Ritchie Jr.W.P. Acute gastric mucosal damage induced by bile salts, acid. and ischemia. Gastroenterology, 1975;68:699-707.
  78. Roberts K.W., Pitcher W.D., Cryer B. Effects of lansoprazole suspension versus continuous intravenous ranitidine on gastric pH of mechanically ventilated intensive care unit patients [abstract]. Crit Care Med., 2000;28:A185.
  79. Pollard T.R., Schwesinger W.H., Page C.P. et al. Upper gastrointestinal bleeding following major, surgical procedures: prevalence etiology, and outcome. J. Surg. Res, 1996, №64(1), p.75-78.
  80. Rockall T.A., Logan R.F. et al. Variation in outcome after acute upper gastrointestinal haemorrhage. The National Audit of Acute Upper Gastrointestinal Haemorrhage. //Lancet. – 1995. – 346. – 346-50.
  81. Rockall T.A., Logan R.F. et al. Incidence of and mortality from acute upper gastrointestinal haemorrhage in the United Kingdom. Steering Committee and members of the National Audit of Acute Upper Gastrointestinal Haemorrhage. BMJ, 1995; 311(6999):222-6.
  82. Sandvik A.K., Brenna E., Waldum H.L. Review article: the pharmacological inhibition of gastric acid secretion – tolerance and rebound. Aliment Pharmacol Ther., 1997;11:1013-18.
  83. Scott L.I., Dunn C.I. Mallarkey G. et al. Ezomeprazole: a review of its use in the management of acid-related disorders in US. Drugs 2002:62(7):1091-118.
  84. Silen W. The prevention and management of stress ulcers. Hosp. Pract, 1980;15:93-100.
  85. Somberg L., Karlstadt R., Gallagher K. et al. Intravenous pantoprazole rapidly achieves pH greated than 4.0 in ICU patients without development of tolerance [abstract]. Gastroenterology, 2001;120:A157.
  86. Thomopoulos K.C., Vagenas K.A., Vagianos C.E. et al. Changes in aetiology and clinical outcome of acute upper gastrointestinal bleeding during the last 15 years. Eur. J. Gastroenterol Hepatol, 2004;16 (2):177-82.
  87. Tryba M., Cook D. Current guidelines on stress ulcer prophylaxis. Drugs, 1997;54:581-96.
  88. Van Rensburg C.J., Thorpe A., Warren B., et al. Intragastric pH in patients with bleeding peptic ulceration during pantoprazole infusion of 8 mg/hour [abstract]. Gastroenterology., 1997;112(41Suppl.43):A31a.
  89. Van Rensburg C.J., Thorpe A., Warren B., et al. Intragastric pH in patients with bleeding peptic ulceration during pantoprazole infusion of 8 mg/hour [abstract P079]. Gut., 1997;41(Suppl.3):A98.
  90. Yasuda S. et al. Inf. J. Clin. Pharmacol. Ther., 1999; 37(5); 249-253.
  91. Zech K., Steinijans V.W., Huber R. et al. Pharmacokinetics and drug interactions-relevant factors for the choice of a drug. Int. J. Clin. Pharmacol. Ther 1996;34(Suppl):S3-S6.
 Здоровый образ жизни с современными технологиями Соглашение об использовании 
o1
Справочник »» Подробно о лекарствах »» Nycomed »» Контролок